Моё Широкино

ОКНО В ДОНБАСС
Серия новелл о замечательных людях расстрелянного села
«Если жинка вчителька, то
и сам дураком станешь!»
Конечно, председатель колхоза Тимошенко был в Широкино бог, царь и воинский начальник, поэтому любой разговор о прошлом расстрелянного села обязательно приведет к нему. Но и без Тимохи там хватало своих героев. Во всех смыслах этого слова. Увы, так получилось, что я плохо знал местных рыбаков: после школы меня
сманили огни большого города, а когда вернулся, то отрасль уже загибалась. До
сих пор страшно жалею: это целый паюсный пласт судеб, мудрости и юмора. Зато
в свое время довелось весьма активно сотрудничать с местными председателями сельсовета. Безвременно ушедший Саня, извините, Александр Тимофеевич Логозинский, Владимир Григорьевич Чернов, Анатолий Петрович Федоренко (Петрович, привет!) и крайний голова, тоже Саня – Александр Николаевич Глущенко. Каждый из них – очень интересная личность, и о каждом можно много рассказывать. О Глущенко – особо. Хоть он мне и запретил, но я просто обязан отметить его огромную роль в спасении жителей села, когда в их дома пришла война. Некоторых он лично вытаскивал из-под обстрелов. Да и как по-другому? Все они свои, все – люди. Сам был ранен, его жену вообще посекло осколками. Но, слава богу, выжили. Только стал Саня почти совсем седой…
Но сегодня расскажу о другом человеке – настоящем мастодонте, Василии Константиновиче Бабенко. Этот был головой еще при советской власти, а потом, когда два совета разделили, то стал председательствовать в Саханке. Что это была
за личность! На первый взгляд – сельский вахлак в рубашке навыпуск и сандалиях. Но как была обманчива его внешность! Годы советской работы научили Васыля Константиновича так ловко «включать дурака», что люди незнакомые моментально попадались на его удочку, лишь потом понимали, что перед ними очень мудрый и хитрющий человек. В тяжелые времена 90-х он мастерски «разводил» руководителей пансионатов на долевое участие, вытягивая стройматериалы и другие нужности для его совета. Потом даже обустроил на невостребованных паях целое фермерское хозяйство, чтобы была возможность платить электрикам, сварщикам и других необходимым для ремонта социальных объектов людям. Но мне больше всего
он запомнился своим внезапным и искрометным юмором.

Классическая в нашем районе фраза «Если жинка вчителька – то и сам дураком станешь» – принадлежит именно ему. Своей благоверной я временами напоминаю эту посконную мудрость, когда она (впрочем, изредка) начинает путать работу и дом.

А вот еще один замечательный рассказ Бабенко, который заставлял всех присутствующих просто биться в конвульсиях: «Був я в райони, на совещании. Там Гриценко (первый секретарь райкома, Герой Соцтруда) меня так ругав, так ругав!.. – Потом небольшая пауза. – Шо я аж заснув».
Ко мне он относился хорошо, поэтому частенько вспоминал прошлое, особенно
свои первые шаги на поприще сельского председателя еще в Широкино.

«Выбралы мэнэ головой. Хожу я первый день – голова! Другый день – голова! Печать в кармане, во втором – штамп. Третий день – голова! Вот думаю, яка хороша робота! А на четвертый меня вызвал Тимоха и як вызвездыть: «Ты почему них@уя не робышь?» А я ему: «А зачем мэни робыть? Я ж голова!» Так вин мэнэ чуть не вбыв.
С тех пор я поняв, шо хорошей роботы нэ бувае».

В свое время я очень переживал, когда он неожиданно скончался. Очень прикипел
к этому эпическому человеку. А сегодня грешным делом думаю: слава богу, что Константинович не дожил до того дня, когда Широкино «вызволители» уничтожили на ухнарь, а его родную Саханку – наполовину. Как хорошо, что он тоже уже помер, как и Тимошенко.
Сергей Шведко / Источник / Фото: Хомутовская степь / 07 ноября 2016