окно в донбасс


Как генерал
кинологов победил


Святослав Голиков / Взгляд

Конечно, можно картинно возмущаться, вставая в позу оскорбленной невинности, – вот, мол, клевещут злые вороги на молодые республики! Да только тут даже клеветать не надо. Какой смысл что-то придумывать, когда вы все делаете сами?

Граждане, зачем вы так стараетесь? Вы же оставите креативщиков украинских
СМИ без работы! Причем ладно бы еще история, которую я хочу рассказать, была единичным случаем – можно было бы списать все на самоуправство отдельно взятых личностей, погрозить им пальчиком и пожурить.

Так нет же – подобных историй, к сожалению, можно насобирать тридцать три вагона с кучей маленьких тележек. Тенденция, однако. Очень нехорошая тенденция.
Речь пойдет о ситуации с донецким кинологическим питомником «Дон-Лицей», который в далеком 1988 году основал при Донецком высшем военно-политическом училище инженерных войск и войск связи ветеран-афганец, тогда еще капитан, Владимир Владимирович Колганов. Питомник был известен далеко за пределами Донецка – собаки высококлассные, дрессура на высшем уровне.

Можете посмотреть подборку их видео на YouTube. Я сам летом прошлого года засматривался на их красавицу Буку, когда планировал брать себе бельгийскую овчарку. И вот был питомник – и нет питомника. Собак, слава Богу, разобрали добрые люди, а семья Колгановых была вынуждена бежать, причем сам Владимир Владимирович получил серьезные травмы, включая черепно-мозговую, а его дочь потеряла еще не родившегося ребенка. И кто же это сделал? Каратели киевской власти? Нет. Это сделали представители новой вроде как бы народной власти.

Решили, наверное, восстановить социальную справедливость – тут, понимаешь,
из кожи вон лезешь, поднимаешь разрушенный войной край, а эти собаководы сидят себе на немаленьком таком участке, красивом, обустроенном, с озерцом,
и пьют кровь трудового народа. Непорядок. Ну, а документы на участок – это все ерунда, «укропские бумажки», поэтому выметайтесь-ка вы со своими собаками отсюда вон. Правда, с ноября прошлого года, когда Колгановых выгнали с территории созданного их руками питомника, ни на что другое, кроме как растащить оставшееся там имущество, новые хозяева пока не сподобились – видимо, недосуг, все в трудах, героически восстанавливают народное хозяйство.

Вы думаете, это конец истории? Отнюдь. Вместо того чтобы прикрыть свою собачью лавочку, коварные Колгановы перенесли на прилегающий к территории бывшего питомника пустырь кое-какой инвентарь и цинично продолжили дрессировать собак. Представляете, какая наглость?

И вот 14 февраля сего года терпение представителей самой народной на свете власти лопнуло, и для окончательного решения собачьего вопроса на место,
где проводились занятия, прибыл представившийся генералом армии ДНР
Григорий Беляев с вооруженной группой поддержки.

По прибытии генерал Беляев принял решение вызвать в качестве дополнительного усиления представителей МГБ и МВД, по-видимому, посчитав, что присутствовавшая в тот момент на занятиях группа женщин и детей представляет серьезную угрозу общественной безопасности.

Злые языки утверждают, что генерал был сильно нетрезв и слабо адекватен,
орал дурниной, размахивал пистолетом и стрелял в разные стороны, в том числе
в людей (попасть, правда, ему не дали – спасибо сотруднику МГБ, который отвел в сторону руку мужественного генерала, а вот в стекло полицейской машины он
пару пуль таки засадил).

Не верьте, граждане! Это все поклеп и клевета! Генерал был просто ну очень уставший, оттого и шатался, а стрелял исключительно из рвущего душу чувства долга перед народом. Стрелял, правда, в народ же, но это к делу не относится,
ибо чувство долга превыше всего.

Врага республики Владимира Колганова били прикладами и ногами. В отношении его злодейских пособников, жены и дочери, было явлено великодушие –
их били без применения прикладов. Затем Колганова, уже в бессознательном состоянии, погрузили в багажник и увезли в ближайшее отделение полиции, где генерал Беляев, продолжая орать и размахивать пистолетом, потребовал от правоохранителей оградить республику от каких бы то ни было дальнейших преступных посягательств Колганова и его кинологической семьи.

Кричал он, правда, «кто его сейчас завалит, тому джип подгоню», но это неважно. Главное, что правоохранители прониклись, объяснительную жены Владимира Владимировича – Светланы – засунули подальше, а самим Колгановым
посоветовали исчезнуть. От греха подальше.

Обращение в прокуратуру не помогло – прокурорские солидаризировались с правоохранителями. И Колгановы исчезли. Республика может спать спокойно. Вредоносные кинологи повержены.

Да и правильно! Так его, этого Колганова! Подумаешь, какой-то там полковник в отставке, специалист-кинолог с многолетним стажем, мастер спорта и чемпион СССР по троеборью и многоборью со служебными собаками, судья высшей категории. Собак и генерал Беляев сможет разводить – он разводить умеет.
Служебное собаководство? Да ну его! Тот же генерал Беляев как встанет грудью
на защиту Донбасса, так никакие овчарки не нужны, всех врагов сам учует, задержит и загрызет. Да и канистерапию для ребятишек организует, даром, что ли, он член комитета по здравоохранению, охране материнства и детства.

Я тут через товарища в Донецке пробил кое-какую информацию по этому генералу. Товарищ мой – россиянин, с местными группами влияния не связан, ни в чью пользу, кроме России, не ангажирован, Беляева знает лично, информация стопроцентная. Так вот, имеет наш генерал две судимости за продажу наркотиков, войну начинал на «Градах», а потом как-то вдруг стал генералом, но в состав армейского корпуса ДНР отчего-то не вошел, зато отжал, переподчинил и
крышует многие объекты бизнеса. В общем, достойный генерал...

Честно говоря, будучи в курсе донецких реалий, я с самого начала почти не сомневался, что это правда, какой бы дикой она ни показалась мало информированному человеку. Очень небольшая доля сомнения была исключительно из-за того, что в ДНР сейчас идет жесткая внутриполитическая борьба, а это подразумевает и информационные вбросы, и слив компромата,
и всякое прочее полоскание грязного белья.

Я изучил комментарии к статьям, списался с другом и получил от него фотографии того, что на данный момент осталось от питомника, пообщался с несколькими товарищами из Донецка, вышел на людей, которые дрессировали своих собачек
у Колгановых, – в общем, добыл, так сказать, свидетельские показания,
и никаких сомнений сейчас уже нет.

Знаете, как я уже говорил вначале, таких историй, к сожалению, можно насобирать множество. Но меня очень сильно зацепила именно эта. Она, на мой взгляд, представляет собой квинтэссенцию всего того бардака, который до сих пор продолжается на Донбассе – вооруженное, чувствующее свою силу и безнаказанность мурло, вознесенное гражданской войной к вершинам власти,
по своему хотению может запросто забрать себе все, что пожелает, попирая человеческое достоинство и растаптывая плоды многолетних трудов других людей.
Есть и ещё одно обстоятельство. Личное. У меня очень особое отношение к собакам и к людям, которые их любят. Чтобы было до конца понятно, я процитирую свой пост, который я написал у себя на страничке «ВКонтакте» 18 декабря 2014 года, спустя пять дней после выхода за «ленточку».

«
«Хочу рассказать кое-что... Сразу сделаю оговорку – я отвечаю за то,
что говорю, но не за то, как вы это понимаете. Рассказываю про собаку.
Мы с Мангустом бежали с одного объекта на другой. Там должны были ещё оставаться патроны 5.45, которые у нас на объекте на тот момент
закончились, но были нужны до зарезу.

Мы воспользовались минутной тишиной и побежали. И вот я бегу, прикрывая автоматом повернутую к диспетчерской вышке часть лица, и вдруг краем глаза замечаю бегущую рядом со мной собаку. Я слегка поворачиваю голову и понимаю, что никакой собаки нет. Это глюк.

Добегаем до объекта, находим патроны. К этому времени в воздухе начинает опять посвистывать – вышка пока молчит, но терминал уже проснулся.
И тут в моей полуконтуженной башке рождается мысль –
меня охраняет собака, поэтому – свистит, не свистит – бежим смело.

И мы бежим. И добегаем. И, главное, доносим. А спустя день или два моя вера
в собаку получает еще одно подтверждение – свет от свечи падает на предметы, стоящие на столе в нашем центральном кубрике, таким образом, что на стене
я отчетливо вижу тень собачьего профиля...

Я не знаю, кто меня все-таки охранял. Ромул, который уже несколько лет как «на радуге». Или кто-то еще... Не знаю... На самом деле явление собаки – это, по-моему, не самый тяжелый случай. К кому-то ведь и белки приходят,
и еноты, и черти зеленые. Просто каждому дается по вере его, а я верю в собак. Они хорошие. Они любят, они ждут, они прощают...»

»
Я не люблю, когда обижают людей. И я не люблю, когда обижают собак. Потому и пишу. Может быть, я сейчас бодаюсь со стеной, но я очень хочу помочь людям, которые несли в этот мир добро и любовь. Один я не сделаю ничего. Вместе мы можем попытаться.

И сами Колгановы, и люди, занимавшиеся у них (а их очень много!), в шоке от произошедшего, и другой надежды, кроме нас, у них нет, потому что на местном уровне сложившаяся на данный момент система непрошибаема. Если есть какие-то вопросы, идеи, конструктивные предложения, напишите моему другу
Роману Скоморохову или мне.

Поднимите свои контакты и связи – так или иначе, прямые или косвенные рычаги давления все-таки есть. Не за этот беспредел мы воевали. И не ради этого беспредела помогает Донбассу Россия.

Святослав Голиков, ополченец Новороссии / Взгляд / 07 марта 2016