Донецкий
анабасис

ОКНО В ДОНБАСС
Меня, как и многих других, до сих пор мучают мысли о том, как же так получилось, что наши бывшие друзья и подруги, люди, с кем мы выпили не один декалитр, прожили не один десяток лет и которых считали своими братьями и сестрами, сознательно перешли на ту сторону и сегодня грозят нам виселицами, зачистками и другими не менее демократическими процедурами. Уверен, что у каждого есть такой пример, который, несмотря на ожесточение последних двух лет, до сих пор щемит сердце. У меня их – несколько, в том числе и моя первая юношеская любовь, женщина, которая много лет была самой-самой. И вот теперь – бац!

Но, постоянно раздумывая над этим, я начал замечать и другое. Что большинство
из перебежчиков, которые до войны были весьма хорошими преподавателями, писателями, журналистами и другими «мытцями» в последнее время сильно деградируют в творческом плане. И кроме «виселиц», «зачисток» или другой
грязи своим изощренным умом не могут ничего генерировать.
Применяя любимые античные символы, речь, видимо, идёт о катабасисе – добровольном схождении в ад.
Им, возможно, кажется, что они идут вперед, но путь лежит исключительно вниз. Поэтому вместо осмысленных текстов, гениальных мыслей и других тяжких плодов жизни интеллектуалов (коими они себя, непременно, считают), раздается
только лай проклятий.

С другой стороны я с все большим восхищением смотрю на то, как серьезно
выросли наши. И продолжают свой рост. Взять, тех же Руслана Мармазова и
Олега Измайлова. Мужики, которых я, вроде бы знал, как облупленных, уже стали серьезными мыслителями. Я с удовольствием читаю все, что они пишут, и очень часто задумываюсь: неужели это те люди, которых я знал до войны?
Ребята реально стали крутыми.
О нынешних донецких журналистах – разговор особый. После того, как нас покинули гармаши-мацуки и шакалы рангом пониже, в Донбассе начался настоящий расцвет. Парни и девушки, многих из которых вообще не было видно, сегодня становятся настоящими профессионалами. Конечно, война – рай для журналиста, как бы это ни кощунственно звучало. Но почему тогда этот необыкновенный рост наблюдается только с одной стороны. С нашей? Где талантливые репортажи с линии фронта бывших донецких, а нынче просто «небратьев»?

Не буду называть никого по имени, потому что боюсь, что мой список
будет далеко не полным. Но Рашу Шехмаметьеву и Лене Шинкаренко
мой субъективный особый респект.

Ну и о творческой интеллигенции. Когда со стороны Киева доносится исключительно «ла-ла-ла-ла», в Донецке творят Анна Ревякина, Влад Русанов
(его «Вальс обреченных», на мой взгляд – самая сильная вещь о нынешней войне)
и Володя Скобцов. О нем я вообще умолчу, потому что иначе из-под пера выходят одни дифирамбы.
По их стихам и песням люди через сто лет смогут понять нечто такое о Донбассе, чего даже мы в сегодняшней суете не понимаем.
Если собрать воедино мощную интеллектуальную и творческую работу бывших «мальчиков с улиц и девочек книжных», то весь этот процесс можно с полной уверенностью назвать анабасисом. Словом, которое, одновременно, означает
и военный поход, и восхождение к вершине.

Я не хочу сейчас рассуждать о причинах всего этого. Слишком серьезный вопрос,
и не хотелось бы к нему подступаться с кондачка. Просто скажу одну вещь. И дорога вниз, и дорога вверх кажутся одинаково прямыми. В первом случае идти намного легче, но эта дорога из дома, поэтому в конце – одни «виселицы» и «зачистки».
А во втором случае – это тяжелая дорога домой. Туда, где родная земля
обязательно поможет тебе, где бы ты ни находился, стать выше и сильнее.

Dixi.
Сергей Шведко / В оформлении использованы работы А. Беляева-Гинтовта
из проекта «Новоновосибирск» (1999 - 2002 / Холст, шариковая ручка) / 02 августа 2016