Мир по инерции

ОКНО В ДОНБАСС
Я бы мог написать целую книгу о том, каково это - жить по инерции.
К счастью или, вернее, к сожалению, имею солидный опыт.
Но, знаете, к чёрту эту графоманию, ведь смысл укладывается
в несколько предложений.

Жить по инерции - это ежедневно просыпаться к шести утра и тщательно чистить зубы. А дальше - обычный день рабочего человека. Яичница с колбасой, чашка
кофе, душный салон автобуса, будничная суета, тренировка и вечерняя прогулка.

Все как у нормальных и даже счастливых людей. С той лишь разницей, что делаешь ты это не для себя. Такой вот способ просигнализировать обществу о том, что все уже в норме. Ты разобрался с проблемой и живешь дальше.

До этого ты, возможно, пил. То было не целлулоидное кривлянье трагического персонажа, а отвратительный, как по форме, так и по сути, акт добровольного промывания мозгов.

Ты не садился в глубокое кресло, облаченный к дорогой костюм с красиво ослабленным галстуком, не прикладывался к стакану, в котором виски аккурат на
три пальца, не глядел задумчиво в ночную тишину, слушая покойного Боба Марли.

В жизни так не бывает. Есть стол, бутылка и пепельница. Все прочее остается в каком-то другом мире. Одна бутылка сменяет другую, содержимое пепельницы сваливается в урну, а ты сам - на ближайшую горизонтальную поверхность.
И так несколько дней подряд. Лишь бы не вмешивались.

А потом (какой сюрприз) выясняется, что это не помогает. Хотя они предупреждали. Да и сам ты застрял на этой станции уже не впервые. Друзья глядят обеспокоенно, коллеги - с немым укором, родители не стесняются осуждать вслух. Самое время сделать вид, будто решил идти дальше.

С Городом теперь происходит нечто подобное. Идешь по улице, а в домах горят окна. И не так, как было тогда, а уютно и массово. Даже, пожалуй, с легким вызовом.

Люди, опять же, гуляют тут и там. Пьют кофе в заведениях, слушают музыку,
смеются. Какие-то праздники, фестивали и парады. И розы, как обычно, в наличии. Не миллион. Я не считал, но их, кажется, значительно больше.

Но...такое впечатление, будто все это по инерции. Чтобы видели: мы живем и даже не грустим. А так, на самом деле, искра угасла. Слишком гладко, нарочито спокойно. Будто с отжима на режим деликатной стирки переключили. Не бурлит.
Еще полгода назад, независимо от обстрелов, было иначе. Думаю, что причины банальны. Тогда, в начале 2015-го года, нам казалось, что хуже быть не может. Упремся руками в дно, оттолкнемся как следует и полетим к звездам.

На самом же деле, мы просто зависли посреди "нигде". То медленно
карабкаемся вниз, то снова падаем. И так без конца.

Восстановленное снова разрушают, излечившихся добивают, а загоревшиеся,
в результате, остывают. Это как возводить песчаный замок на берегу моря.
Какой бы крепкой ни была мотивация, а, рано или поздно, иссякнет и она.

Здесь не помешал бы мотивирующий дружеский пинок. Чтобы, знаете, прийти
в себя и понять, что уже движешься вперед. Оно, вроде, не по своей воле,
а останавливаться глупо. И ты набираешь скорость.

Пожалуй, такой пинок необходим нам обоим. И, разумеется, чтобы никто дорогу
не преграждал. А то здесь ведь уже ощущается неповторимый аромат провинции. Тихой, благополучной, но абсолютно инертной. Город таким не был никогда и,
даст бог, не станет в будущем.
Игорь Гомольский / Фото: Игорь Иванов / 19 сентября 2016