Потерянный код доступа
Никто вне Донбасса не верит в хорошие новости оттуда. Все уверены в тотальном апокалипсисе, который царит на этой земле.
ОКНО В ДОНБАСС
Новости из Донбасса вот уже год хлещут из всех медиа-окошек как вода из поломанного крана. Журналисты всех времён говорили, что хорошие новости всегда должны быть плохими, - так что Донбасс всё это время доставляет им огромное удовольствие, в основном финансовое. Образовался целый океан информации, в котором плавает тысячи крупных и, главное, продаваемых тем для передач, статей, колонок и даже телеканалов. Рыбаков в этом океане была не одна сотня ещё во дни референдума о статусе Донбасса. А что самое главное у рыбаков? Главное — даже не улов, а рассказ об этом улове перед остальными рыбаками. Улавливаете суть?

Большинство крупных СМИ по обе стороны конфликта на сегодняшний день больше пекутся о покупаемости своих новостей, нежели о своём прямом назначении — донесении информации с места события, интересного наблюдателям. Чтобы событие «купили», и именно в этом «магазине», то есть СМИ, это событие должно быть особенным. Но информация беспристрастна, она по определению такая же, как формулы и теоремы в математике. Последние неизменны в любой аудитории,
где их объясняют и воспринимают.
С новостями не так. Сегодня их потребляют,
как гамбургеры или сериалы.
Чем красивее подача, тем вкуснее и интереснее кажется. И новости приходится фотошопить, вытягивать из них вторые смыслы, оборачивать в красивые заголовки, добавлять пространные комментарии. Медиа так старательно вылизывают новости, делая их рейтинговыми, что подчас искажают суть событий до неузнаваемости.

Всё начинается с малого. Чтобы репортаж о сером непримечательном митинге прочитала лишняя сотня человек, из него делают экстракт: выставят фотографии наиболее разгорячённых ораторов и самых колоритных участников, да оставят пару громких, желательно со скандальцей, цитат. Для фото берутся разные ракурсы, потому что кому-то надо, чтобы людей было много, кому-то хочется, чтоб их было мало. Чтобы новость лучше «разошлась», ей добавляют яркий заголовок, который зачастую не стоит самого события. Потом журналисту захочется, чтобы его текст отличался от других, в том смысле, что чаще всего он соревнуется по написанию заметок с другими изданиями. И он меняет слова на синонимы, добавляет сравнения, вкрапляет эпитеты и громкие фразочки, - и понемногу его репортажи изменяют реальный облик событий.

И не стоит забывать о жёстком прессинге со стороны "главного редактора", того же "старшего брата" в сфере СМИ (особенно некоторых), который нещадно вырезает из репортажа любые детали и факты, которые не вписываются в парадигму, которую он навязывает аудитории.
Митинг под зданием Донецкой ОГА / 9 марта 2014 года
Потом больше. Все знают, как хорошо «продаются» драмы и трагедии. Обыватель, сидящий перед компьютером или телевизором, изморен своей серой и однообразной жизнью. Он хочет черпнуть экстрима и эмоций, и медиа услужливо предоставляют ему это, демонстрируя душераздирающие репортажи и истории. Вот умирающие дети, вот голодные старики, вот устрашающие головорезы, вот так стреляют танки, а вот, что после этого потом остаётся... Для тех, кто хочет поупражняться в интеллекте, в меню абсурднейшие высказывания политиков, комментарии на грани фола и ультимативные заявления. Всё, что произносят в радах и думах, тут же становится таким значительным, будто эти слова способны повернуть мир. На деле же все превращается в последнее китайское предупреждение. Забавная история была, если помните.

Представьте теперь, что Донбасс — одна большая новость. До какого облика его довел год основательной работы журналистов, откуда бы они не приезжали? Не хочется говорить, мол, все СМИ плохие, так же не хочется говорить, что все они хорошие. Это их работа, и судить её предоставим экспертам. Речь идёт не о качестве их работы, а о том, что сегодня такая их работа — это данность.
Лучше сделать вывод: сегодня никто не представляет, какова реальная жизнь Донбасса.
Никто — и те, кто никогда в нём не был, и те, кто выехал из него какое-то время назад, и те, кто бывал там иногда. В общем, все, кто там не живёт и узнаёт о нём из прессы. Касается это и простых людей, и бизнесменов, и политиков. Общество сегодня не способно адекватно ответить на любой мэсседж из Донецка, потому что его код ему не понятен — сбились настройки приёма данных.

Получается, все, кто следит или как-то относится к происходящему в донецком краю, сегодня имеют довольно нездоровый взгляд на вещи. Год войны всех утомил, довёл до крайней позиции. Кто-то оправдывает войну, кто-то уже в третий раз меняет сторону, другим ничего, кроме мира не нужно. А кто-то действительно верит, что в Донецке пустошь, а оставшихся жителей МГБ держит в подвалах.

Люди верят в те картинки мира, которые им транслируют каждый вечер одни и те же медиаплощадки. Другим они постепенно верить разучиваются, за ненадобностью лишней пищи для ума, которая портит сложившуюся точку зрения. Проблема в том, что все точки зрения, сложенные за год на основе всех этих «вылизанных» новостей, становятся весьма плоскими и однобокими, в то время как донбасский вопрос имеет сотни сторон и нюансов, раскрашивающих проблему в значительно большее количество цветов, чем два.
В тылу войны уже происходят созидательные движения: люди возвращаются в свои города, восстанавливают свою жизнь, ищут работу и даже начинают её находить. Армии республик сформированы, поэтому ополченцы уже не вызывают опасений у мирных жителей — эти люди в форме давно слились с привычным пейзажем и всё меньше несут угрозы горожанам. Поговаривают, что на улицах вообще порядка стало больше. И в целом, мирная жизнь идёт, без шика, но идёт. Тем обиднее слышать про очередные обстрелы, особенно на фоне бесконечных разговоров о прекращении конфликта. Но никто вне Донбасса не верит в эти новости. Все уверены в тотальном апокалипсисе, который царит на этой земле.
Донбасс сегодня уже не принадлежит самому себе —
его судьба решается кучей народа
И большая часть их них никогда его в глаза не видели, а тех, кто его сегодня представляет, они и слушать не хотят. Хуже всего то, что вся эта куча народа имеет узкие представления о предмете своего суждения.

Чтобы переломить это состояние, потребуется много работы. Потребуются красивые площадки, чтобы эта куча реагировала на них. И потребуются изначальные слова, чтобы прояснился кругозор этой кучи народа. И постепенно связь с Донбассом будет восстановлена. Однако самое первое, с чего надо начинать — с осознания факта, что Донбасс давно стал иллюзией для всех, кто о нём говорит.

А реальный Донбасс — вот же он, смотрите, живёт своей обычной, но омраченной войной жизнью. Вот мир, а вот война. Вот проблемы мира, а вот сложности войны. Там это всё переплетено, и нужно многое узнать о Донбассе, чтобы понять, как именно переплетено и как это теперь расплетать.
Марина Третьякова / 07.08.2015