ОКНО В ДОНБАСС

«Выделить здесь героев сложно – тут каждый герой»


Наблюдения о НеВоенной Горловке /
Горловские фильтровальные станции

Есть темы, о которых я мог бы, наверное, писать бесконечно. Одна из таких - труд простого человека. Настоящий, не всегда заметный и оцененный, но жизненно важный для всего общества. Хочется написать так, чтобы это было что-то живое, не отполированное корпоративным конвейером пресс-служб или советским пафосом городских газет. Рассказать о том, что живущие с нами и редко попадающие на страницы прессы люди - это настоящие герои, заслуживающие уважения больше любого из чиновников
и политиков. Да, те самые, которые здороваются с нами утром на остановке и гуляют с детьми в нашем дворе. На днях побывал на Горловской фильтровальной станции № 2. Объекте, который на протяжении прошедшего года не единожды подвергался артобстрелам, но продолжал жить и работать.
ФС № 2 обеспечивает водоснабжение всего Центрально-Городского района Горловки, а также нескольких жилмассивов Никитовского и части Калининского района. Кроме того отсюда осуществляется подача воды и в Дзержинск. А первая фильтровальная обеспечивает водоснабжение оставшихся частей Никитовского
и Калининского районов, а также Майорск.
«Первая и вторая станция дают примерно одинаковые объемы, хотя вторая дает чуть больше, поскольку порядка 26 тысяч кубометров воды уходит с нее в сутки на Дзержинск, - рассказала мне начальник фильтровальной станции № 2 г. Горловки РУЭК КП «Компания «Вода Донбасса» Инна Каменева, - Суммарно же обе станции ежесуточно дают 120-130 тысяч кубометров воды, из которых около 95-100 тысяч берет Горловка. Вода поступает из канала на фильтровальную станцию № 2 двумя основными (и одним резервным) трубопроводами. Тут она проходит две стадии очистки. Вначале цех реагентного хозяйства, потом вода попадает в камеру хлопьеобразования, где происходит смешение и гашение её скоростей. Дальше в отстойник, осветляется. Вслед за этим - скорые фильтры. Это последняя ступень очистки, после которой вода проходит еще и обеззараживание. Далее она поступает в резервуары чистой воды, откуда насосными агрегатами подается в сеть потребителям. В среднем весь процесс очистки занимает 12 часов. Все зависит от нагрузок, уровней, водоразбора и так далее. У нас три резервуара чистой воды объемом
10 тысяч кубов на второй фильтровальной станции и еще два на первой. Так что запаса воды у города только на полдня. Конечно, когда у нас возникают проблемы, то мы совместно с водоканалом переходит на сокращенный режим подачи воды и стараемся насколько возможно сэкономить».
Многие горловчане помнят, что несколько месяцев назад у наших фильтровальных был дефицит хлора. Однако же, по словам Инны Каменевой, даже в тот период им удавалось обеспечивать соответствующее ГОСТам качество воды. Сейчас хлор есть и получают они его систематически. Появился даже запас, чего до недавнего времени не было. Но говорили мы, в основном, о войне. О том, как она сказалась на рабочем процессе, как сами люди пережили боевые действия и почувствовали ли работники фильтровальной благодарность от горожан.

Но всё по порядку. Фильтровальная № 2 по площади занимает примерно 16 гектаров.
В августе-сентябре прошлого года обстрелам подвергся ее "хвост" (откуда очищенная
вода уходит потребителям), а в январе-феврале уже "начало".
«Город получал воду систематически, без перебоев (исключая те случаи, когда повреждения получали электроподстанции или сам канал). В прошлом году на первой фильтровальной не осталось ни одного слесаря-хлораторщика. А было их пять. И вот один из слесарей второй станции согласился перейти туда. Переехал вместе с семьей. Месяц они там жили в убежище, а он работал почти круглосуточно изо дня в день. За пятерых! У нас тогда осталось порядка 39 человек на три насосные и две фильтровальные. Почти в четыре раза меньше, чем должно быть. Город тогда вымер, транспорт не ходил, но фильтровальная… работала. Вот такие были наши будни во время войны», - подчеркнула Инна Каменева.
ИННА КАМЕНЕВА

начальник фильтровальной станции № 2 г. Горловки
РУЭК КП «Компания
«Вода Донбасса»
После того, как за одну неделю на территорию станции упало 24 снаряда, а потом в один из последующих дней в течение двух часов легло восемь снарядов в районе склада с хлором, сотрудники перестали вести счет "прилётам". Ремонт объекта ведется исключительно своими силами. Уже немного восстановили остекление, но, в основном, все закрыто плёнкой и досками. Отремонтировано 10 % кровли, на оставшееся просто нет материалов. Все ресурсы уходят на восстановление водоводов, теплотрасс и т.д.
«На второй фильтровальной у меня из 43 человек всего четверо, которые пока еще не вернулись.У нас очень хороший коллектив, много трудовых династий. Люди не уходят, несмотря на задержку по заработной плате, они живут этой работой. Назвать и выделить здесь героев сложно – тут все герои. Все те, кто остался с городом прошлым летом и этой зимой. Все они достойны уважения и почета.

На первой фильтровальной, когда в августе мы стояли четыре дня, была острая нехватка дежурного персонала. И мы поехали с нашим мастером Василием Усенко… Этот человек тоже был всю войну здесь, на своей машине привозил людей, продукты им, потому что многие голодали. Так вот, нужно было запускать первую фильтровальную, а людей не хватало. Ездим по домам, узнаем, хотя бы кто
в городе. Две девушки у нас – у каждой маленькие дети. Одна – уборщица, вторая – оператор фильтров. Приезжаем и говорим: «Девочки, нужно выйти. Причем по совершенно другим профессиям». А они: «Мы согласны! Мы на все согласны».

Люди понимали свой долг и ответственность. Потому что городу нужна была вода. Или вот у меня сотрудница в то же самое время голодала. Деньги детям отдала, а карточку ей заблокировали из-за сбоя в системе. И зарплату нам тогда вообще не платили. Так вот она приходила на работу и признавалась: «Девочки, мне хлеб снится». К нам же сюда приезжали машины наполнять цистерны, люди шли за водой. Да, даже когда не было электроэнергии. Так вот она выходила, занималась людьми и водила их за водой", - рассказала мне начальник фильтровальной станции № 2.
7 августа прошлого года фильтровальная станция №2 подверглась одному из мощнейших обстрелов. Было попадание в трансформатор на насосной станции. Основные силы МЧСников кинули туда и на тушение деревянной церкви возле ж/м «Строителей».

«Но ещё были попадания у нас в фильтры и по территории. Загорелась трава, пожаров было очень много, в том числе, возле отстойников, где проходит эстакада с трубопроводом хлоргаза. Нас было три человека, кто тушил там пламя. Страшно было, что могла произойти разгерметизация и хлор пошел бы на город. И вот наша сотрудница Екатерина Павлова пошла в самую гущу тушить огонь, чтобы не загорелись сосны, которые растут возле эстакады. Тушила ногами, какой-то метелкой, в общем, всем, что под руки попадется.

И вот еще... На насосной у нас сотрудница, пенсионерка, ей 65 лет. У нее весной умер сын,
и она собиралась рассчитываться. Мы к ней приехали и попросили выйти на работу. Вышла, потому что понимала, что просят не просто так. Еще у нас некому было загружать коагулянт, нужен был машинист грейферного крана. С обеих станций такие специалисты выехали. Мы обратились к старым работникам. Одной уже за 80 лет, а второй 78. Никонова и Пагина. Они выходили, работали и загружали коагулянт. На Эвелину Федоровну, которой 80 с лишним лет, страшно было смотреть,
как она лезла на этот кран. Но она всё равно приходила и работала. Вы представляете, какими моральными качествами должен обладать такой человек?», - отметила Инна Каменева.
На территории фильтровальной станции № 2 находится два защитных сооружения. Но когда начинался обстрел, то работники станции туда просто не успевали добежать. Убежища находятся возле ж/м «Строителей» и там прятались, в основном, жильцы многоэтажек. Даже ночевали. А работники пережидали в подвалах, где работало оборудование.
«Например, там, где у нас находятся известемешалки среди реагентов, мы попытались сделать настил из досок, на которых лежали мешки с землей. У нас почти везде есть какие-то подвалы, а тут – нет. То же самое на насосной – люди нашли самую глубокую под землей точку, где и прятались в подвале. Да, вначале было страшно, а потом привыкли.

Вот, начальник насосной Алексей Ялышко, тоже все это время практически жил
на работе со своей командой всю войну. У них там была машинист, у которой при обстрелах начинали ноги отказывать. Ее привозили сюда, начальник лично привозил, и она работала, потому что знала – бросит и город останется без воды. А зимой еще и без тепла.

Что касается отношения горловчан, то... Был такой момент. Прошлым летом, когда в городе не было хлеба, а выпекал его только «Амстор», то попросили знакомую пойти его взять для всех нас. Мы-то не могли даже на десять минут отойти. Она взяла сразу семь-восемь буханок, а люди в очереди окружили ее и начали возмущаться. И как только она сказала, что этот хлеб для людей, которые дают им воду, то ее молча пропустили. А когда после семи дней простоя мы начали запускаться, то люди начали к нам приходить, плакать, кланяться и благодарить за воду. Единственное, на что мы надеемся, что город оценил нашу работу, нашу деятельность во время обстрелов. Мы вот смотрим иногда на энергетиков и понимаем, что они еще более отчаянные, чем мы. Потому что без их работы не работали бы и мы», - в конце беседы рассказала начальник фильтровальной станции №2.
Егор Воронов / Горловка / Фото автора / 18.09.2015